ФОРМА

      Конечно, и в то время тоже водились поэты, как водятся птицы,
но стихи их хромали на каждой стопе.

А.Франс "Восстание ангелов"

Существование в пространстве,
                                                      которое бы обошлось,
творит с литературным вкусом
                                                      такое, что не приведи.
Ну, хочешь, хочешь, я спокойно,
                                                      продену насквозь чрез насквозь.
Верь, от того, на что способен
                                                      я, солнцу холодно в груди.

Да, мы, поэты-отморозки,
                                            немало вам разверзнем бездн,
и в каждую читак десяток
                                            неправдами да наберем.
Кто как, не знаю - со своими ж
                                                  недолго буду я любезен,
сожгу избу-читальню на хрен,
                                                      окончен, заору, прием.

Мне что-то кажется и манит
                                                  к себе невидимой рукой,
и вызывает жженье, бьенье,
                                                  круженье, стыдно молвить, страсть.
Находится сие виденье
                                        между трактиром и тоской,
в ту щель пролез однажды ангел,
                                                      ему ведь нечего терять.

Уж он-то знает, что пииты,
                                              забытые, как ты да я,
летают птичками немыми,
                                              овса  рифмуя с  небеса,
пока не заклюет их  ястреб,
                                              круги безумные кроя,
осенним криком оглушенный,
                                                      простым, как кесаря коса.

Ну что ж, ну что ж, пока летаем,
                                                      пока еще не кончен тайм,
пока молчливые нейроны
                                              вертятся в бешеной башке, -
смерть - улыбнемся - не стареет,
                                                      и все - чирик - в последний рейд,
выписывая петли, бочки,
                                              срываясь в вечное пике.

* * *

Взгляни - соцветие актеров:
тычинка, пестик, лепесток.
Так вот в чем счастье - без повторов
и выходов на монолог.

Бессонница, глухая строчка
о чем-то темном и былом,
любви застывшей оболочка -
гудящих фраз металлолом.

Я что-то делаю не так, но
какая разница теперь,
когда кривляется бестактно
безумная чия-то дщерь.

Чиста, возбуждена вниманьем
и тоже счастлива, небось,
неизлечимым упованьем
пронзив глазеющих насквозь.

Когда свистящая огласка
все наши смычки отстучит,
а неумелая развязка
воспоминанья омрачит, -
настанет время без обмана
существовать пред пустотой.
Ни брадобрея, ни душмана
не обнаружим в пьеске той,
свежо которую, хоть скверно,
вовсю аффектами бренча,
сыграем, как-нибудь, наверно,
проклятья в задник бормоча.