ОТВЕРСТИЕ

Днем, а не только что поутру,
Холодно мне на звездном ветру.

Трещину дал под напором извне
Тоненький потолок в голове.

Будто бы кто-то его раздробил,
Будто в расщелину протропил

Опытный путник сквозную лыжню,
В белые дали ведя малышню.

Следом в отверстие ринулся снег,
Смятый из тысяч налипших парсек.

Дружно зашаркали на сквозняке
Люди, не видимые никем.

И останавливаются в поту:
Кто-то по эту, кто-то - по ту.

Не понимают, что, местность кляня,
Все они ходят через меня.

КРАСИВАЯ ЖЕНЩИНА

Не из ребра - из квадратуры круга.
Неравенство с тысячью заспанных неизвестных.
Еще одна детская, утренняя потуга
Раздвинуть глазами дым наступающих занавесок.

То, что нельзя увидеть, но можно придумать.
Выгадать у природы, выспросить у фортуны.
Что рассыпается, стоит легонько дунуть.
То, от чего остаются дрожащие руны.

Это полет на тарзанке
Над садом,
Над прудом,
Над садом,
Чтоб вид не успел навязнуть.
В непонимании - падать или не надо
В зеленую, черную, розовую неясность.

Это порывистый смех с дождем - без причины,
Когда обещали "облачно, без осадков".
Это произведенье искусства мужчины
Абстрагироваться от недостатков.

ДВЕРЬ ЛИЦА

Я думаю - а что творится
За дверью твоего лица?

Герман Гецевич

Что там - за дверью твоего лица?
Скажи, доверь!
Сырые непролазные леса?
Другая дверь?

Жизнь, о которой даже ни полсло
Не молвишь нам.
Другая благодать? Другое зло?
Ответь - что там?

Кто там так яростно скребется и урчит,
Зачем так рвет
Ворота на себя? Или ключи
Не подберет?

Кто прячется - младенец? старичок?
Княжна? раба?
Кто замурован там - за кладкой щек,
Ноздрей и лба?

Нет, темень ту ничем не просветить,
Фонарь - не власть.
Но как узнать - за нами кто следит
Из окон глаз?

Всё бродит - бесконечно одинок,
Ничтожно мал…
Не сомневаюсь, если б только мог -
Он бы сбежал.

По лестнице из простыней - как встарь
Скользнул бы вниз…
Крепка решетка. Не прогнется сталь
Твоих ресниц.

ПОЕЗД И ПАССАЖИР

По шпалам гнилой нескончаемой лестницы
Он плелся - и как от неловкой наездницы
Усталая лошадь - пытался отделаться
От нас: пассажира и сумки-подельницы.

Он носом клевал и как будто поддакивал,
А сам потихоньку пихал и подталкивал
К открывшимся окнам - а сам уговаривал
Нырнуть в травяное, горячее варево.

Пыхтел он и силы свои растрачивал
И мной точно колоколом раскачивал
(По направлению в Новгород северный),
Он все спотыкался почти что рассеянно,
Стонал и брыкался - с рассвета и до ночи.
И даже во сне я держался за поручень.

Бороться мне с ним совершенно не хочется.
Разделим - кричал ему - одиночество!
Но не соглашался он категорически,
Уже на обратной - к владеньям таврическим -
Подбрасывал зло на расплавленной полке,
Как мокрую камбалу на сковородке.

Он, честное слово, невротик, он выродок,
Шатает меня ото всех этих выходок.
Его же трясет от моей флегматичности.
Мы попросту несовместимые личности.

Тяжелый маршрут нам с подельницей выдался.
Я сам бы сошел. Я бы с радостью вырвался -
Как предок мой - из живота водоплавающего.
Но я не доехал еще. Недоспал еще…

ГОРОД

Город не вписывается в стихи.
Наоборот. Это мы - в него.
В город вклиниваются зрачки
Точечными узорами домино.

Город, как полувоскресший труп,
С трепетом тянется к нам, живым.
Пар, выходящий из наших губ,
Немедленно впитывается им.

Порами форточек, люков, луж -
Страхи толпы, этих лбов озноб,
Судороги наших продрогших душ
Город заглатывает взахлеб.

Каждый нажим стопы-каблука
Сладкую боль вызывает в нем.
Разве что дрожь пробегает слегка,
Точно по мышцам коня перед сном.

Город спешит, потому что не ждет
Солнце и скоро полезет светать.
Кого до полтретьего не дожует,
Сплевывает в кровать.

ВОЗВРАЩЕНИЕ

1

Мария, проблема в том,
Что Лот - не его дядя -
Мой гид. Потому мой дом -
Содом, говоря по правде.

Не я выбирал маршрут,
А кто-то до нас и вместо.
Мой род испортила Рут.
Далила моя невеста.

В аорте моей течет
Кровь заклятого Нила.
Прости, Мирьям, я не тот,
Которого ты начертила:

Прямые твои верны,
А я как личинка запутан.
В объятьях какой страны
Передохну хоть минуту?

Просить - у кого - сна?
У Хавы? У Шивы? У Живы?
Пусть Мертвого моря волна
Оближет мои нарывы!

А завтра, глядишь, прибьет
К могучим стопам Ваала…

Мне стыдно, что я не тот,
Кого ты нарисовала.

2

Я возвращаюсь в свой дом.
В свой дорогой Содом.

В тихую летнюю пору
В свою родную Гоморру.

Иду по знакомому саду
С грустной улыбкой де Сада.

Брожу по осенней роще,
Захера-Мазоха кротче.

Пейзажи наши неброски,
Вон - подрастают розги.

И нет недостатка в соли,
Для ранок моих - тем боле…

В соленом снегу по пояс
Мы вглядываемся в прорезь

Между циклоном и анти-…
Между крыльев и мантий,

Между бород и нимбов
Двух путников-анонимов…