* * *

Остановись и помолчи –
в себе пустышку носим,
пока там наши палачи
блуждают между сосен;
глаза фискалят, рот зашит,
шаги нежнее замши.
К себе в безумие спешит
такой спокойный Гаршин.
В сплошном бездействии, покое,
Трудяге солнцу не в пример,
еще при жизни упокоен,
еще при смерти старовер.
Но жизнь течет,
ты слышал – "Все течет"
и изменяется, в обмен
на рваный слоган.
Кто выпал из обоймы,
тот не в счет.
Прощанье с родиной
скрипачит Коган.
Мы не прощаемся.
Мы снова будем жить,
растить детей
и по возможности – потомков,
портвейном марочным
и словом дорожить,
пускай не целиком,
а в качестве обломков.
Наверняка нам будет не до смеха
и как-то страшновато между делом,
но на вопрос "Как, ты еще не съехал?"
пошлем их всех к токующим карелам.
И скажем мы: ни за какие тыщи
не нужен нам их сытый тарарам –
зовут к себе родные пепелища,
саднит любовь к отеческим гробам.

* * *

А третий Рим
все прет и прет,
стоит у дороги
и чешет за ухом,
"так вперед за цыганской..." –
запотевший орет,
надкусив плод запретный
и неба краюху.
Эх, хмельная моя
раскудрявая синь,
все ты спишь,
все ты спишешь
на пни да ухабы,
только камень припрятанный
все-таки вынь
да положь на алтарь
возле каменной бабы.
Кто-то видел твои золотые глаза,
кто-то слышал твой стон
над разбитым корытом,
но никто не успел
обернуться назад –
в этой щедрой земле
оказался зарытым.

* * *

Повыше от земли,
подальше от природы:
простреленным виском
затравленной породы,
обрезанной косой,
надломленным пунктиром,
искрящимся дождем,
отравленным эфиром,
слезами по стеклу,
зубами по граниту,
молчанием навзрыд,
трещиной,
щелью,
звуком.

* * *

Настроение упадка,
ожидание конца,
нам себя разветрить сладко
в колкой прелести венца.
Затянув потуже узел,
напевать лихой мотив,
для забавы пьяной музе,
гордо крылья опустив.
Через пень, через колоду,
белой птицей, сон-травой,
устанавливая моду,
разбавляя хлоркой воду,
мелким шагом – на убой.

* * *

Лоб в испарине кровавой,
камнем катится слеза,
в трубный день походкой бравой
мы идем закрыв глаза.
Мы идем навстречу ветру,
загребая жар рукой:
воспеваем тень Деметры
и скулим за упокой.
От порога до порога,
все известно наперед,
и у Бога все убого,
даже дьявол не берет.