ПЕСЕНКА

У меня свои владения
и угодия свои.
Там - животные, растения,
люди там - со всей земли.

Здесь, на избранной окраине,
чьи из кружева края,
поглядите - жизнь хрустальная,
незабвенная - моя.

В ней - ни тени, в ней - ни пятнышка,
нет ни праздников, ни тризн.
И невидима, и рядышком -
века будущего жизнь.

А сказать, откуда выросла
или что переросла -
как прожечь высокой искрою
шелк искусственный - дотла.

Ноты прошлых песен уличных,
может, правда хороши.
Только выше - звуки лучшие,
звуки сердца - для души.

* * *

Я не играю в добрые друзья.
Жизнь у меня одна: она, моя.
Любовь свободной рождена, чужой земным краям.
Я не должна любви своим друзьям.

Поскольку я любила; и теперь
приди любой - открою на ночь дверь.
Да что-то не слыхать друзей. Затем
для них язык мой нем.

Одной душе морозно и легко,
и льется жизнь, как в чашку молоко.
И праздничный трезвон по всей округе.
Ведь любишь не друзей. А Бога - в друге.

МЕЛОДИЯ

Бывает нелегко, не то, и все - назло.
но целый день в окно, в окно,
печаль, как дождь в стекло.

Когда не видишь милых глаз, несет письмо посланец.
Печаль покоится в душе, как сланец.

И прочь из города бежать, и не бежится.
А жизнь течет - реки порог,
жужжит, кружится!

И даже хорошо - порой тебя не видеть.
А только стен,
московских стен живую известь.

МЫЖИТЕЛИ ЗЕМЛИ

В небе, небе высоко и хмурится кто-то.
Помню, жили за городом, возле станции - болото.
Здесь была моя Шотландия,
здесь была моя Ирландия.

Только тополя - как в Подмосковье,
только сны родные в изголовьи.
Тополя, тополя, тополя высоки!
До небесной достают строки.

Собрались увидеть стольный град.
Курская, через одну - Арбат.

Отчего ты плачешь, мое сердце?
Негде притулиться и согреться!
Мысли отпечатались заборные.
Что грустишь, мой друг? Гляди задорнее!

Вспомни, как цвели и пенились яблони,
а ты смотрела на них сверху вниз.
Это ведь хорошо и правильно:
не оступись!

А потом села в поезд с друзьями:
Кто хочет, поехали с нами!
Пить ночной китайский чай,
наливай!

Спутник устал и головой поник.
Откуда в Ирландии русский язык?
Объяснять можно и не стараться:
жили наподобие иностранцев.

Десять лет как школьный год прошли.
Вместе пишется: мыжители земли.
Как во сне, из радостно купленных книг:
русский язык!

ПЕСНЯ

Веселия валы, легко снежком кружат,
веселия валы, благоухают летом.
Там капельки небес в глазах дрожат.
Я поздравляю всех с рассветом!

А мне назначен день выходной,
я потихоньку иду домой.
Капель прошедшего праздника:
весна бывает такая разная!

Я видела, как зеркало живое
явило глаз, волною золотой.
И в нем весь мир в неведомом покое,
и в нем весь мир, спеленутый в покой.

То зеркало как океан дымилось;
и в ноздри сам вливался аромат;
и вышла вдруг на побережье Милость,
плыл звук ее - как радостный набат.

Так вновь возникла жизнь! Глубоким утром,
когда настольной лампой - свет надежды.
Но дерево, земли отбросив путы,
вещало, что не всё теперь, как прежде.

И на воздушных облачных ладонях
затеплилось свечой иной породы;
в том зеркале, у Милости на лоне.
И после - словно смерть, глубокий отдых.

Я шла, и сверху сыпал снег, снежок.
Крахмальный, свежий, таял, таял.
И в сердце бился праздника флажок,
и думалось, что каждый это знает.

Веселия валы, одни в любой сезон,
веселия валы, одни в любое время.
А все вокруг - Москва, и колокольный звон,
и стены, и огни, и лестницы, и тени.